Ростовщичество в Италии XIII—XIV вв

Город и деревня в Италии XIII—XIV вв. являлись ареной самых разнообразных процессов, начиная от возникновения мануфактурных форм производства и кончая усилением удельного веса натуральной земельной ренты. К тому же их развитие протекало неравномерно в отдельных местностях, одни из которых представляли собой развитые ремесленные и торговые области (Тоскана, Ломбардия), другие (Савойя, Пьемонт) были типично аграрными. Это диктует необходимость дифференцированного подхода к анализу социально-экономических отношений в каждом из районов Италии с тем, чтобы более глубоко и детально исследовать их особенности, проследить те или иные специфические явления и факторы, которые, хотя и были характерны для всей страны, однако в какой-либо одной из ее частей сказывались наиболее четко и выпукло.

С этой точки зрения интересна история Северо-Восточной Италии (современная область Венето: провинции Падуя, Виченца, Тревизо, Бассано). Она не принадлежала ни к числу развитых ремесленных, ни только аграрных территорий: Венето было районом, где большое значение приобрел торговый и ростовщический капитал. Именно это обстоятельство и позволяет нам сделать попытку выяснить место ростовщичества в социально-экономической жизни итальянского Северо-Востока XIII—XIV вв.

Положенные в основу работы источники частично опубликованы, частично взяты из архивов картулярии , протоколы судебных канцелярий , хроники, сочинения историков-эрудитов XVII—XVIII вв.

Большинство источников — надуанского происхождения, и это не случайно. В XII—XIV вв. Падуя была одним из наиболее сильных городов-республик Венето, временами включавшим в свой состав территории соседних государств (например, в конце XIII — начале XIV в.— Виченцу, Бассано, Тревизо, Ровиго, Тренто и их контадо). Естественно поэтому, что основная часть документов по истории интересующего нас района сосредоточена именно в падуанских архивах, и эти документы относятся не только к падуанскому дистретто, но и к Венето в целом. Кроме того, история Падуи, крупного центра Северо-Восточной Италии, наиболее ярко и полно воплощает в себе те социально-экономические процессы, которые были характерны и для соседних областей. Исходя из этого, мы считаем себя вправе, основываясь преимущественно на падуанских материалах, говорить о всей территории Венето.

Среди падуанских документов по аграрной истории XIV в. очень часто встречаются договоры об аренде скота — так называемой сочиде (soceta, soccida) . Уже общее знакомство с содержанием, построением и формулировками падуанской сочиды говорит о почти полном ее соответствии договору типа «depositus», т. е. сделке о денежном займе. Сходство этих договоров еще более подчеркивается частой заменой в тексте термина «сочида» другим, по смыслу равнозначным — «depositus», «salvamentum». В одних местах «сочида» прямо выводится из долговых отношений , в других — арендатор называется должником (debijtor)10, собственник скота — кредитором, скот, отданный в аренду,— долгом (debitus). Подобная терминологическая близость договоров сочиды и долговых документов отражает, на наш взгляд, действительную связь между этими видами соглашений, что подтверждает и анализ условий, на которых арендуется скот.

Арендатор должен содержать взятый скот — пасти, ухаживать и присматривать за ним. Он несет полную ответственность за его сохранность и выплачивает собственнику стоимость животного, погибшего во время пожара, в результате кражи и эпидемии; в случае естественной смерти животного арендатор возмещает половину его стоимости. Арендатор не может ни порвать заключенный договор, ни передать скот другому лицу. Небрежный уход за животным, а также любое нарушение установленных условий влечет за собой штраф. В документах оговаривается, что арендатор отвечает за взятый скот всем своим имуществом; при необходимости оно конфискуется. После окончания срока аренды животные и их потомство возвращаются собственнику.

Отдаваемый в аренду скот оценивается «с общего согласия» обеих сторон, но на практике стоимость его завышалась в пользу хозяина. Таким образом, при оценке животных соблюдались интересы собственника, стремившегося повысить гарантийную стоимость животных. Величина ущерба, нанесенного скотине, оценивалась собственником. Он же мог по своему желанию продлить договор на новый срок и таким образом навязать крестьянину продолжение аренды. Окончательное решение вопроса о том, выполнил ли арендатор свои обязательства и полностью ли расплатился за взятый скот, также принадлежало собственнику.

Таковы обычные в падуанских документах условия сочиды. Они, как правило, отличаются от распространенных в других областях правил аренды скота и притом в сторону, неблагоприятную для держателя . Отсутствие у него прав хотя бы на часть скота (после окончания аренды) и тем более на приплод, высокая степень ответственности арендатора, произвол собственника в оценке стоимости животных, в определении срока аренды, выполнения условий договора — все это делало положение падуанского держателя сочиды исключительно бесправным.

Обратимся к вопросу о величине арендной платы. В большинстве договоров (39 из 55 договоров, в которых указан размер арендной платы) требование выплаты аренды формулируется следующим образом: «Из первых же денег, полученных от этих животных или их приплода, пусть платит господину… лир в качестве его доли капитала, остальное же делится между ними по обычаям сочиды — половина (дохода) от этой сочиды идет господину, а другая половина — арендатору…» . Размер первого взноса (опущенная в тексте сумма) всегда был равен стоимости взятых в аренду животных. В течение какого времени арендатор мог выплатить этот первый взнос? Есть основания предполагать, что он вносился в первый же год сочиды.

Оставить комментарий

Я не робот.

БЛОГ О ЗАРАБОТКЕ!
Статистика